30 декабря, 2025 - 09:16
В каждой семье есть свой список любимых фильмов, которые пересматривают в течение долгих новогодних каникул, а то и прямо в новогоднюю ночь. Расскажем сегодня, как создавался общепризнанный «рождественский» хит – картина 1961 года «Вечера на хуторе близ Диканьки» (к/с им. Горького, Москва).
«Вечера на хуторе близ Диканьки» – название сборника Николая Гоголя, в который входила повесть «Ночь перед Рождеством», – причудливая история о деревенском кузнеце Вакуле, который оседлал черта и привез любимой Оксане, дочери богатого казака Чуба, «черевички» самой царицы из Санкт-Петербурга. Ее-то и хотел экранизировать знаменитый советский киносказочник, народный артист РСФСР Александр Роу. Но получил категорический отказ: в СССР царил атеизм, даже в календаре не было такого праздника – Рождество. Тогда Роу решил снять сказку под тем же названием, что и весь сборник.
Снимали в марте, поэтому вместо Полтавы, где происходит действие повести, съемки пришлось перенести в заполярный Кировск – здесь было еще по-зимнему снежно. Декораторы соорудили в окрестностях города украинскую деревушку – белые хаты с плетнями и сараями, небольшую церковь. Строили по-потемкински: часть домов – лишь картонные фасады.
Один из самых ярких образов в картине – мать Вакулы, обаятельная деревенская ведьма Солоха. На эту роль режиссер без проб – и безошибочно! – утвердил Людмилу Хитяеву. Перед съемками с актрисой произошел несчастный случай, который сама она считает наказанием за роль колдуньи. Катаясь на лыжах, она врезалась лицом в дерево и сломала нос. Расстроенная актриса тут же позвонила Александру Роу, чтобы сообщить, что не сможет сниматься в фильме. Тот заверил, что будет ждать ее полного выздоровления и никого другого на эту роль рассматривать не будет. Отеки и синяки быстро сошли, но, когда Хитяева пришла на съемочную площадку, обнаружилось, что из-за травмы у нее на носу осталась небольшая горбинка. Это не смутило Роу: он даже посмеялся, что такой нос еще лучше подойдет для образа ведьмы. Зато помехой для образа были молодость и стройность Хитяевой: на момент съемок ей был 31 год, а у Солохи уже был взрослый сын. Чтобы актриса выглядела старше и полнее, на нее надевали сразу несколько широких юбок. Кроме того, она наклоняла голову, вжимая подбородок в шею, чтобы он казался двойным.
Удивительно, но для исполнителей центральных ролей – Оксаны и кузнеца Вакулы – «Вечера на хуторе» так и остались единственной большой актерской удачей. На роль Оксаны отсмотрели пять тысяч кандидаток. «Смотрины» проходили в Киеве, второкурсница театрального института Людмила Мызникова вовсе в кастинге не участвовала – она пришла на студию по приглашению другого режиссера. И оказалась в нужное время в нужном месте: увидев ее в коридоре, Роу понял, что нашел свою Оксану. Людмилу утвердили на роль, но, когда выяснилось, что съемки придется проводить в Мурманской области, а не в Полтавской, родители Мызниковой категорически отказались отпускать девушку. Уговаривать их – и не без труда – пришлось лично Роу.
Для Юрия Таврова, выпускника Киевского театрального института, роль Вакулы стала дипломной работой. Мызникова рассказывала, что с Тавровым у них дружба не сложилась – актер был чересчур замкнутым, и Людмиле было тяжело играть к нему любовь. Впоследствии Тавров снимался в основном в эпизодических ролях, а потом и вовсе бросил профессию, работал маляром. Личная жизнь актера также сложилась неудачно: он дважды женился и дважды развелся. Из-за глаукомы он ослеп на один глаз, пристрастился к алкоголю… Печальная история, особенно учитывая, что не только публика, но и критика высоко оценила его игру: «Он сдержан, лаконичен в изобразительных средствах; ему удаются даже самые крупные планы, где актеру помогает развитая мимическая техника. Выразительные глаза словно излучают мысли».
Мызникова тоже больше не сыграла ни одной крупной роли. Роу, известный любовью снимать одних и тех же артистов, предлагал Людмиле главную роль в сказке «Варвара-краса, длинная коса» (1969). Но она отказалась, поскольку ждала ребенка.
Не обойдем вниманием и Георгия Милляра, игравшего черта. Рассказывают, что каждый раз, надевая трико с хвостом, артист повторял: «Господи, прости меня за это хулиганство!» В свои 58 лет больше всего сложных трюков выполнял именно он. Для пируэтов в воздухе был приглашен дублер – цирковой акробат, но на первых же съемках он получил травму, так что Милляр выкручивался сам, несмотря на страх высоты. А еще сам вылезал из настоящей проруби – два дубля в минус 30! – хотя изначально Роу планировал снять эту сцену в теплом павильоне.
Сцену с императрицей снимали в Эрмитаже. Конечно, никто не позволил бы закрыть одно из самых посещаемых мест Ленинграда ради съемок, но Роу удалось договориться, чтобы съемки проводились по ночам. Те самые «царские черевички» были сделаны из пластика, после чего их покрасили и украсили стразами.
Одна из любимых сцен в этом фильме – с Пацюком, которому вареники сами залетают в рот. Для нее был применен метод обратного воспроизведения. Другими словами, актер выплевывал вареники в миску со сметаной, а на монтаже сцену проигрывали задом наперед.
В массовых сценах снималась местная молодежь – в основном студентки медучилища и парни-горняки. За два рубля в день они катались на санках, играли в снежки и веселились. В сцене колядования из стоящих рядом машин звучала запись хорового пения, а артисты массовки открывали под нее рот. Они же стали и первыми зрителями картины: показ состоялся в Кировске 15 декабря 1961-го. На премьере творилось настоящее гоголевское безумие – в фойе местного ДК бегали чертенята и забрасывали зрителей искусственными снежинками. Общесоюзная же премьера картины состоялась 8 января 1962 года – запустить фильм ровно в день православного Рождества не позволили.
