20 июля, 2026 - 16:27
Внимание историков, исследователей и простых обывателей уже несколько месяцев приковано к одному интересному событию: раскопкам кургана на улице Идарова в Нальчике. Работы еще не завершены, что скрывает центральная камера кургана, пока только предстоит узнать. Но уже сегодня совершено много интересных открытий, и, пожалуй, главные – для тех, кто впервые своими руками извлекает из толщи земли свидетельства жизни наших предков.
ПЕРВЫЕ СЛОИ
Курган «Западная Базисная» как выявленный объект археологического наследия был внесен в региональный реестр в 2024 году. Как ранее сообщал руководитель Управления по государственной охране объектов культурного наследия КБР Олег Гонтарь, в связи с тем, что данный объект неоднократно подвергался техногенному воздействию, а также территория в непосредственной близости от объекта нуждается в благоустройстве и замене коммуникаций, министерством культуры РФ было принято решение о выдаче открытого листа на проведение охранно-спасательных мероприятий методом раскопок кургана.
На раскопках работает команда профессиональных археологов под руководством кандидата исторических наук Андрея Лапшина, а с ними вместе в рамках практики трудилась группа студентов КБГУ под руководством младшего научного сотрудника центра «Эрмитаж-Кавказ» Лины Гауновой.
Курган «Западная Базисная» специалисты относят к эпохе бронзового века, однако он состоит из нескольких слоев захоронений разных эпох. Выявленные на сегодняшний день захоронения, например, датируются ориентировочно III в. до н. э. – I в. н. э., так что окончательное заключение еще только предстоит вывести.
Совместно со старшими коллегами студенты фиксируют захоронения, занимаются расчисткой, камеральной обработкой, уже обнаружены керамика и украшения, предметы быта, а также останки людей и животных. «Именно такие находки чаще всего помогают ученым уточнить возраст памятника и понять, к какой культурной традиции он относится», - говорит Андрей Лапшин.
НЕ ОЦЕНОК РАДИ, А ПО ЗОВУ ДУШИ
К июлю обязательная практика для студентов завершилась, однако многие не покидают курган и продолжают работать. Причина очевидна: это очень интересно! Тем более что впереди – самый волнующий момент: вскрытие центральной камеры кургана. С ними «на посту» и их непосредственный руководитель Лина Гаунова.
Лину назначили руководителем археологической практики студентов-первокурсников в силу ее опыта: она не только неоднократно участвовала в археологических экспедициях, но также является преподавателем цифровой археологии – направления, использующего современные технологии в археологии.
В свое время, как рассказывает Лина, организация экспедиций практически сошла на нет, но после заключения договора с Государственным Эрмитажем археологические экспедиции стали ежегодными. В основном это были экспедиции в Нижний Куркужин, но в этом году направление нужно было менять, и раскопка кургана в Нальчике стала удачным совпадением. Но еще большей удачей стало то, что студентов допустили к этим раскопкам.
«Мы серьезно готовились, потому что археологическая практика – нелегкое занятие, это требует и физической, и моральной подготовки, - говорит Гаунова. – Студенты с нетерпением ждали начала практики, курс оказался очень активным. Когда мы пришли на раскоп, глава экспедиции Андрей Сергеевич Лапшин провел вступительную лекцию про курган, его историю, предположительные датировки, дал инструктаж, и начали работать. Курган оказался очень интересным. Я сама впервые копала курган – обычно я работала с грунтовыми могильниками».
Ребята работали весь июнь. Парни взяли на себя физически тяжелую часть работы: копали, таскали камни. Девочки занимались расчисткой каменного панциря, который окружает курган, а потом и самих захоронений. За время практики удалось расчистить около шести захоронений. Для студентов это был волнующий опыт, ведь на раскопках они были впервые.
«С нами копал еще волонтер со второго курса истории, «по зову души», - говорит Лина. – Он сказал, что впервые притронулся к артефактам, – в прошлом году на практике его меньше «подпускали», а вот в этот раз команда больше доверяла, и с самого начала студенты проводили расчистку захоронений, костей, браслетов, керамики наравне с опытными археологами».
Ислам Бетуганов – тот самый студент-энтузиаст. Парень признался, что утром сдал экзамен в университете, и сразу сюда, на курган. «Я стараюсь работать здесь каждую свободную минуту, - признается Ислам. – Вообще, я как узнал, что здесь будет экспедиция, был очень рад. Обычно практика студентов КБГУ проходит в поселении Нижний Куркужин, а тут совсем другая культура, другой опыт. Это уже моя вторая экспедиция. Хочется набраться опыта и идти дальше в археологии, в истории».
ГОСТИ И КОСТИ: БУДНИ АРХЕОЛОГОВ
Непосредственно на объекте сегодня работой руководит заместитель начальника экспедиции Анна Казанцева. Для нее это уже двенадцатый курган только в Кабардино-Балкарии. Команда археологов собралась из разных концов России: Анна – из Екатеринбурга, коллеги – из Пензы, Волгограда и других городов, но для всех них наша республика уже давно стала почти вторым домом. А для наших студентов работа в таком составе дает колоссальный опыт.
По словам Анны Казанцевой, практика очень помогает налаживать социальные связи. «Когда студенты приехали на камералку (камеральные работы, когда найденные объекты чистят, моют – ред.), - они начали ближе знакомиться. Вообще, когда археологов отправляют в экспедицию далеко, у тебя нет варианта уйти домой, ты все время в этой компании и должен качественно взаимодействовать. И хотя у нас студенты местные, некоторые живут в пяти минутах отсюда, но все равно сдружились со всеми как на настоящей экспедиции вдали от дома».
На вполне резонный вопрос, не рискованно ли подпускать новичков к такой работе (вдруг что-нибудь сломают, испортят?), Анна с улыбкой отвечает: «Если первокурсник случайно лопатой разобьет кость или фрагмент керамики – не страшно, такое бывает. Наша цель – научить, объяснить, и без практики это невозможно. А вот достать череп из погребения – это совсем другая история».
Находки останков – это отдельная тема. Одним – очень интересно, другим – страшно. Ислам, например, видит в этом скорее интересный опыт: «Мы здесь как будто патологоанатомы, это работа. К тому же древность захоронений смягчает эмоциональную нагрузку».
Но для многих первая «встреча» с человеческим черепом – потрясение. «Я сразу предупреждаю студентов: если вам плохо, вы боитесь, не хотите – никто вас не заставит все это трогать, чистить, - говорит Анна Казанцева. – Одна девочка, помню, очень переживала, нашли скелет ребенка. Она так беспокоилась: как же, такой маленький умер... Но это нормальная человеческая реакция. Потом, на камералке, она уже спокойно мыла все кости и относилась ко всему просто, как к работе».
«НАЙДЕМ КЛАД – НИКОМУ НЕ СКАЖЕМ!»
Есть и другие нюансы, о которых не принято говорить, но о которых вспоминают в первую очередь: клады. И нередко люди, не имеющие никакого отношения к истории, археологии пытаются пробраться к раскопу в поисках древних сокровищ. Правда, в Нальчике на этом кургане пока таких прецедентов не было: он не остается без присмотра, да и сам объект у всех на виду, прямо в черте города, а вот на других объектах такие случаи – не редкость. Впрочем, сами студенты подогреваемы и этим азартом: а вдруг найдут что-то необыкновенное, как в знаменитых фильмах про Индиану Джонса!.. Пока проходила практика, было много забавных моментов. «Все шутили: найдем клад – никому не скажем, - смеется Лина Гаунова. – Но студенты довольно взрослые, проходили курс археологии, знают, что в кургане так просто клад не найдешь. Вряд ли даже в центральной камере будут какие-то драгоценности в современном понимании».
Так что захоронения остаются самой интересной частью работы для молодежи. Лина Гаунова вспоминает дни практики: «У нас образовалась группа студентов, которые прямо охотились за останками. Любая найденная косточка приводила их в восторг. Они сразу бежали к археологам: «Что это, кому принадлежит?».
Работа была выстроена профессионально, и с учетом присутствия новичков: когда находили захоронение, сначала работали опытные археологи – фиксировали, делали зачистку, потом приглашали продолжать желающих. Причем, если профессионал управился бы за час, то там собиралось пять человек, и каждый расчищал по кусочку достаточно долго, но иначе не набраться опыта.
А ЧТО БУДЕТ ПОТОМ?
Для студентов, проходивших практику, по итогам нужно сдать отчет по форме, а также полевой дневник, который должен быть оформлен по правилам: на левой странице – рисунок, на правой – замечания за день, изложенные в свободной форме. Некоторые дневники получились очень красивыми: с выразительными карандашными рисунками и увлекательными описаниями. А кто-то использовал ручные принтеры и приклеивал фото. «Получились насыщенные дневники. Мы планируем отсканировать лучшие как пример для будущих студентов», - говорит Лина Гаунова.
А что будет с самим курганом? Он останется или там что-то построят?
Как говорит Анна Казанцева, в данном случае курган попадает под хозяйственное освоение и стоит на охране, поэтому археологи обязаны его раскопать. После всех экспертиз будет выдано заключение, что памятник исследован полностью и снят с охраны. Объекты, не имеющие музейного значения, будут перезахоронены, в отчете будет указано место захоронения. Так что после исследований курган будет рекультивирован, а участок можно будет использовать под различные нужды.
Работы планируется завершить к концу июля. Как сообщил Андрей Лапшин еще в самом начале работ, все найденные объекты, которые содержатся в насыпи, вплоть до отдельных фрагментов мелкой керамики, будут проходить процедуру реставрации, описания, зарисовки. На основании этого будет написан научный отчет о результатах археологических раскопок. Этот документ и будет считаться официальным завершением любых археологических работ. Согласно существующему законодательству, все вещи, найденные в древних объектах, передаются в Государственный музей в фонд постоянного хранения. В данном случае находки, имеющие историческую ценность, будут переданы в Национальный музей Кабардино-Балкарии.
Алена Докшокова.
Фото предоставлены Линой Гауновой.
